Вход  RSS

ХАБЗЭ

 

Псори Зыщ - псори Хыщ.   Хым и бзэр - зыбзэщ.   Хым и бзэр - Хабзэщ

Главная » Статьи » Статьи

Основа религиозной системы черкесов - вера в Единого и всемогущего Тхьа

Б Бгажноков

 

Основу религиозной системы черкесов, сложившейся, по видимому, еще в период расцвета Хаттской и Майкопской культур, составляет вера в единого и всемогущего бога Тхьа, Тхьашхо - хозяина Вселенной, творца всего сущего и происходящего.

Людей, лишенных веры в Тхьа, называют тхьэншэ. 

 
Почитание и благоговейное отношение к Тха выражалось и выражается через обряды и ритуалы, среди которых центральное место занимают жертвоприношения - Тыхь, молитвы - Тхьэлъэ1у, гимны - Хъуэхъу.
 
Руководили обрядом жрецы, именуемые Тхьэмадэ. Это слово так и переводится "представитель (орудие) Тхьа". 

Чтобы воздать Тхьа необходимые почести, люди, объединенные в один приход - Тхьэщ, собирались в установленных местах под открытым небом - Тхьэлъэ1уп1э (буквально: "места для мольбы, обращенной к Тхьа).

Чаще всего это живописные рощи, своего рода храмы, считавшиеся неприкосновенными. Поэтому помимо их основного названия - Тхьэщlагъ мэз (роща, избранная богом Тхьа), использовалось метафорическое - чийзыхамыбз (роща, в которой ничего не срезают).

Алтарем служит площадка под священным деревом - Тхьэщ1агъ (буквально: место под Тхьа). У причерноморских адыгов чаще всего это были деревья, пораженные молнией, и шапсуги по сей день почитают их.

По словам бытописателей Черкесии во время религиозных праздников, после заклания жертвы (быка или козла), Тхьэмадэ, накинув на себя белую бурку, становился под деревом с большой чашей, наполненной сана, и произносил длинную молитву, в которой прославлял Тхьа и просил его об обильном урожае, избавлении от болезней и врагов.

Такие молитвы начинаются с обращений, указывающих на всесилие Тхьа:
 
"О наш Тхьа, Великий Тхьа,
множеством просьб осаждаемый,
сам никого не просящий".

Тем самым подчеркивается, что Тхьа абсолютный властелин, что все в мире от него зависит, но сам он ни от кого и ни от чего не зависит.

Большое распространение имеет также вариант молитвы, в котором упоминалась священная или золотая Анатолия, где, как известно, располагалась столица хаттского государство Хатуса:

Уа, дэ ди Тхьэ, Тхьэшхуэ,
Анадолэ - дыщэ къуладжэ

(О наш Тхьа, Великий Тхьа,
Анатолия - золотая долина).

Видимо, эта формула возникла как отголосок хаттского периода черкесской истории.

Представление о могуществе Тхьа находит отражение во множестве других устойчивых выражений, используемых по сей день в повседневной речи.

Например, когда человек говорит о чем-либо, что он намеревается сделать в будущем, он обычно сопровождает это высказывание словами: "Тхьэм жи1эм" - "Если на то воля Тхьа".

В знак признательности и доброго отношения к человеку говорят 
"Тхьэм и нэф1 къыпщыхуэ" (да обратит на тебя Тхьа свой добрый взгляд), 
"Тхьэр аразы къупхъухъу" (да будет Тхьа благосклонен к тебе), 
"Тхьэм уигъэпсэу" (да даст тебе Тхьа долгую жизнь).

Значительная часть благопожеланий, которыми и сегодня обмениваются в быту черкесы - это древние краткие молитвы, в которых человек обращается к Тхьа с просьбой сделать что-либо приятное и доброе для людей.

Например, поздравляя родителей жениха с появлением в доме невестки, говорят нэрыбгэ махуэ Тхьэм фхуищ1 (приносящей счастье Тхьа для вас ее да сделает).

Выражая сочувствие человеку, у которого что-то пропало, ему говорят: Тхьэм къуитыж (Тхьа тебе да вернет).

Именем Тхьа обычно клянутся и с этими словами связано само строение слова клятва - Тхьэрыlу, что означает буквально "упоминание Тхьа". 
 
Клятвопреступников называют Тхьэгъэпцl, изменниками Тхьа.

К числу употребительных относятся клятвенные заверения, ярко отражающие могущество Тхьа, например, "Тхьауэ мы уафэри щ1ылъэри зезыгъак1уэ" (Тхьа, приводящим в движение это небо и землю, клянусь). 
 
Наконец, особо показательна клятва: Тхьэуэ зи пащьхэ дихьэжын (Тхьа, перед которым мы предстанем).

Эти формулы свидетельствуют еще и о том, что у черкесов глубоко укоренились представления о бессмертной душе - Псэ, и загробном мире - хьэдрыхьэ. Полагают, что на том свете человек предстает перед Тхьа, который зачтет ему его добрые дела - Псапэ, и осудит за обиды, причиненный другим.

Элементом древнейшей религиозной системы является и клятва душами усопших предков: Айтэч мыгъуэм и хьэдрыхэпсэ (Айтека покойного загробной душой клянусь)…

Забота о чистоте души, о том, чтобы она предстала перед Тха и предками в достойном виде - первостепенная задача каждого человека. А самый лучший способ облагораживания души - совершение Псапэ (благодеяния).

Понятие "Псапэ" стоит в центре древней религиозной системы черкесов. Оно является основой и традиционной этики, известной под названием Адыгагъэ (Адыгство), и есть все основания считать Адыгство проявлением и органической частью древней религиозной системы черкесов.

Поэтому в повседневной речи активно используются выражения: Псапэ щ1эн (совершать Псапэ) и Псапэ къэхьын (приобретать Псапэ). 

Первое из них ассоциируется актом или процессом благотворения, а второе - с позитивными следствиями добрых деяний, с возвышением души.

Человек каждодневно и неустанно должен совершать добрые дела - "приобретать Псапэ". Тем самым он не только помогает страждущему, но и облагораживает, очищает, возвышает свою душу.

Словом, Псапэ - это такая форма благодеяния, которая вызывает эффект обоюдного просветления и катарсиса, гармонии между людьми, что сближает данное понятие с известными концептами буддизма.

На всем протяжении истории Черкесии, моральный фактор Псапэ оставался прочным фундаментом религиозного сознания народа. Это проявление высшей религиозности, благодаря которой преодолевался как догматизм религиозных норм и установлений, так и слепой фанатизм.

Известно, что черкесы испытали на себе влияние греческого политеизма, буддизма, иудаизма, христианства, ислама. 
 
Но при этом не разрушались, а укреплялись принципы и механизмы этической рационализации мира. 


Я знал многих наших старших, мировоззрение которых сложилось еще в конце XIX - начале XX века. Они ходили под взором Тхьа. И я видел, с каким величайшим спокойствием, без отчаяния и суеты они воспринимали свою старость и болезни, как достойно уходили из жизни с сознанием своей гармоничной связи с прошлым, настоящим, будущим - с благодарностью к людям, которые их окружают.

Назову некоторые особенно дорогие мне имена: 

Аллало Мусс и Шоотох Сули из с. Агой, Гербо Айше из п. Лазаревского, Напсо Бахчерий из с. Большого Псеушхо, Укол Хауа из г. Теучежска, Емтыль Сарет из с. Шенджий, Асланукова Хауа из с. Алибердуко, Джатаривов Нану из Бесленея, Лапсироков Умар из Старой Хумары, Ордашев Бетал из с.Дугулибгой, Таов Токан из с.Кенже, Мезакошев Шолох из Ст. Черека, Тлягуров Ибрагим из Баксана, Кудаев Кубати из Верхнего Акбаша…
 
Бгажно
Адыгэ Хабзэ